Каков план Баку в отношении Ирана: обсуждается ли объединение? Израильский политолог раскрыл карты
Авраам Шмулевич
(Перевод с азербайджанского)
«Протесты в Иране начались 28 декабря с акции торговцев базара. Базар - очень важный социальный институт. Это люди, которые раньше оставались вне протестов, и беспорядки на базаре в принципе могут парализовать финансовую систему Исламской Республики. Кроме того, к протестам присоединились молодежь, средний класс и люди с окраин страны - от Белуджистана до Иранского Азербайджана. В целом протесты широко распространились, и протестующие выглядят решительными».
Эти мысли израильский историк и политолог Авраам Шмулевич высказал, комментируя Globalinfo .az процессы в Иране.
«Вы знаете, что происходят такие события, как нападения на силы безопасности, поджоги мечетей, судов и т.д. В Белуджистане и Курдистане вооруженные группы ведут бои.
Ситуация весьма серьезная, и на этот раз вероятность падения режима высока. Если Америка и Израиль вмешаются и нанесут удар по репрессивным структурам Ирана, если они будут нацеливаться на базы и штабы КСИР (SEPAH) и Басидж, мы можем уверенно сказать, что режим падет.
Уже есть сведения о том, что внутри режима некоторые силы вступили в переговоры с американцами. Поэтому возможно возникновение раскола внутри самого режима. Это в основном зависит от позиции США. Даже если США не вмешаются в Иран, есть шанс, что масштаб протестов сможет расшириться настолько, что приведет к падению режима».
Шмулевич, говоря о том, кто может прийти к власти в Иране, отметил, что здесь есть несколько сил:
«В иранской эмиграции, на Западе и внутри страны существуют две хорошо организованные структуры, которые финансируются и поддерживаются определенными силами.
Первая - наследный принц Реза Пехлеви. Он не выступает за немедленное восстановление монархии. Его программа включает создание переходного правительства и демократического парламента, проведение референдума, вопросы о том, какой будет Конституция Ирана. Наследный принц заявляет, что если народ поддержит монархию, он готов стать шахом и руководить страной. Если народ его не поддержит, он готов принять решение народа и быть одной из политических сил.
Вторая группа - Организация моджахедов иранского народа, менее популярная в Иране. У них есть четкая структура, база в Албании и опыт инвестирования в борьбу. Если режим падет, они обязательно скажут свое слово.
Хотя раньше моджахеды были левой организацией, принимавшей исламизм и марксизм, сейчас они выступают за демократическую форму управления».
Политолог также подчеркнул, что в Иране крупнейшее национальное меньшинство - иранские азербайджанцы:
«Как вы знаете, мать наследного принца Резы Пехлеви по происхождению азербайджанка. Президент страны тоже наполовину курд, наполовину азербайджанец. Хомейни тоже азербайджанец. Значит, азербайджанцы хорошо представлены во власти. Также, как вы знаете, существует национальное движение Южного Азербайджана. В Иране не преподают азербайджанский язык и азербайджанскую культуру, поэтому многие азербайджанцы недовольны. Если революция победит, если режим будет свергнут, можно ожидать, что Южный Азербайджан, то есть Иранский Азербайджан, получит широкую автономию.
Думаю, вопрос объединения с Азербайджанской Республикой не станет предметом обсуждения. Большинство азербайджанцев в Иране этого не хочет.
Власть в Баку тоже относится к этому крайне негативно. Но автономия будет более широкой.
То же самое относится и к Иранскому Курдистану и Белуджистану. То есть этнические периферийные территории получат более широкую автономию, и страна станет федерацией. В случае успеха иранской революции Южный Азербайджан может получить автономию в составе Ирана, но, естественно, в таком случае возникнут более тесные отношения с Азербайджаном.
Если революция потерпит неудачу или начнутся серьезные военные действия, беженцы из Южного Азербайджана могут хлынуть в Азербайджанскую Республику».
Эксперт также ответил на вопрос об утверждениях, будто Израиль и США начали подготовку к созданию курдского государства в регионе, и о вероятности актуализации темы «Красного Курдистана».
Шмулевич заявил, что ни Израиль, ни США совершенно не готовятся к возрождению единого Курдистана и не стремятся к этому:
«Вопрос единого курдского государства сейчас не стоит на повестке, и очевидно, что ни Израиль, ни США к этому не готовятся. Единый Курдистан - утопия, потому что все курды - курды Турции, курды Ирана и курды Ирака - довольно сильно отличаются друг от друга. Они не являются единым народом, это конгломерат различных этнических групп. У них несколько языков, религий: есть сунниты, как в Иране - шииты, есть езиды.
Израиль выстроил хорошие отношения с иракскими курдами и, похоже, в настоящее время существуют определенные отношения с сирийскими курдами, но речь о создании государства не идет.
Кстати, если говорить о перспективах протестов, есть еще одна возможность: иракские курдские вооруженные силы - пешмерга - могут войти на территорию Ирана и помочь своим соплеменникам, которые сейчас сражаются против сил КСИР (SEPAH).
Это происходило во время протестов 1922 года, и иранские силы даже бомбили Иракский Курдистан. Однако если иракские курды сейчас будут уверены, что у режима нет сил вмешаться, или если Америка даст гарантию, что будет сбивать иранские самолеты, иракские курды вмешаются.
Но речь о создании государства не идет, наиболее вероятный вариант - предоставление широкой автономии иранским курдам.
Под «Красным Курдистаном», вероятно, вы имеете в виду попытки играть курдской картой, когда у Советского Союза в 1950-х годах был план создать курдское государство и расчленить Турцию. Эта концепция была проектом Сталина, относящимся к 1940-м годам, началу 1950-х. Сейчас ситуация изменилась. У России в Курдистане почти нет никакого влияния, по крайней мере недостаточно, чтобы называть это «Красным Курдистаном»».
Израильский политолог также высказался о репрессивной политике Пехлеви в отношении южных азербайджанцев:
«Мать Резы Пехлеви - азербайджанка. Она говорила по-азербайджански и была известна поддержкой азербайджанской культуры. В 1972 году императрица посетила Баку и была очень хорошо принята.
В любом случае Реза Пехлеви говорит, что учитывает ошибки своего отца и не хочет их повторять. Хотя он не поддерживает Единый Азербайджан, он защищает права этнических меньшинств. Поэтому, думаю, в этом смысле он может найти поддержку и среди южных азербайджанцев.
В Иране все - азербайджанское национальное меньшинство, другие этнические меньшинства Ирана и оппозиционные силы - объединились вокруг идеи, что режим должен быть изменен.
В любом случае сначала можно говорить о свержении нынешнего режима, и только затем - о том, каким будет Иран».
Гюльнар Салимова
Globalinfo. az
Стамбул